Я — счастливый человек

Продолжаем нашу новую рубрику, которую мы открыли в конце прошлого года. Сегодня представляем вашему вниманию портрет Андрея Владимировича ДОЛЖИКОВА как мэра и просто гражданина Слюдянского района.

Portret

Андрей Владимирович, могли Вы предположить когда-то, что будете возглавлять район и отвечать по большому счету за настоящее и будущее почти 40 тысяч человек?
— Вот об этом никогда не думал. Как любой, кто работал на производстве, ставил планку как минимум стать главным инженером БЦБК и максимально (не понимая, какие существуют отношения и связи) – доработать до генерального директора предприятия. Для этого были, я считаю, все предпосылки: и возраст, и знания, и практика, которую я получил на БЦБК. Мне довелось пройти практически все ступени, от самой младшей руководящей должности. К сожалению, карьерный рост на производстве закончился: к тому времени изменилась структура в связи со сменой собственника на комбинате.
— Вы помните свои ощущения, когда узнали о победе на первых выборах?
— Пустота и неожиданность. Знаете почему? Было вначале все понятно: встречался с людьми, много общался с ними, поступало много информации, причем в большинстве негативной, была цель, и я шел к ней. И в один момент все заканчивается. Вроде как цель достигнута, а чего добился – еще непонятно. Страшно было в первый день работы: я абсолютно не понимал, что делать, куда идти, что говорить и за что браться. А вы помните, что это был период принятия бюджета, когда надо было внести последние коррективы, согласовывать его, и вся нагрузка ложилась на меня. Принять решение должен был я, и далось мне это страшно тяжело: и потому что впервые, и потому что непонятно, и потому что боялся сделать ошибку, ведь от этого зависели люди, целый район. Переживал это очень тяжело. И слава богу, этот переходный период завершился без больших потрясений и быстро для меня.
Очень хорошо помню свой первый день в новой должности. Когда я пришел, в приемной уже сидели какие-то люди, судя по виду, представители бизнеса. Думал, пришли знакомиться, поздравлять – оказалось, действительно, знакомиться и… напомнить о больших долгах. По сути это было первое мое рабочее совещание. Мы дали друг другу обязательства, которые выполнили и расстались не друзьями, но партнерами.
— Как известно, на мэра нигде не учат. Что Вам пригодилось из предыдущего опыта и чему пришлось учиться в срочном порядке?
— Опыт работы на предприятии очень пригодился, производство научило мыслить, принимать решения и нести ответственность за эти решения. А также оно научило работать и общаться в коллективе, привело к пониманию, что необходимо комплексно подходить к решению любого вопроса, учитывать разные взгляды. И твоя позиция не единственная правильная – такого быть не может.
По приходу в администрацию района все эти факторы и практика пригодились. Единственное – не хватало того понимания, что районная власть, бюджет и муниципальная служба – это несколько иное. На производстве немного проще: ставишь задачу, которая всем понятна и ясна, и добиваешься результата в плановом показателе, который перед тобой стоит. Все конкретно: есть результат, есть продукт, который ты видишь и можешь пересчитать, измерить. Муниципальная работа – это иное, и, к сожалению, поначалу я не мог правильно дать команду сотрудникам, чтобы поняли и выполнили то, что считаю необходимым. Потом уже мне удалось спроецировать мои знания на муниципальную службу, и вместе с этим пришло понимание, что бюджет – это по сути тот же кошелек как в любой семье и как на производстве.
— Есть разница в работе в первом приходе во власть и во втором?
— Первый приход во власть немного легче: у вас минимум обязательств, минимум ответственности, поскольку вы пришли в первый раз. Можно часть недочетов и промахов списать на непонимание, неопытность, поскольку, действительно, нигде и никого на мэра не учили. Но я понимал, что этот период будет базовым для меня как руководителя. Можно, конечно, пересидеть, спрятаться за трудности – а тогда навалилось сразу много: землетрясение, нехватка бюджета, останов и долговые обязательства перед БЦБК. Это была одна большая глубокая черная яма. И я благодарен своим учителям – людям, которым доверял: Глазырину, Семилетко, Ледащеву, Тихонову. Они мне в свое время говорили: спрятаться можно один раз, но потом этот ком тебя все равно догонит и придавит. И задачу надо решать как есть сразу. В этом плане первый созыв был для меня более понятным и более легким.
Когда я принимал решение идти на второй срок, я четко понимал: есть задел, который позволит более легко и уверенно пройти на второй срок, и есть четкое понимание, как его связать со всеми начинаниями, которые мы запланировали. Однако второй созыв более сложен, он налагает больше ответственности, поскольку я давал конкретные обязательства, а их выполнять куда труднее.
— Говорят, у каждого врача есть свое кладбище. У Вас есть какие-то неудачи и была ли возможность их исправить?Z
— К сожалению, есть такие моменты, которые и хотел бы исправить, но… Это касается в основном имущественного комплекса. Период был настолько сложным, накопились большие долги, со всех сторон раздирали кредиторы. В силу неопытности, недостаточных влияния и возможности общаться с вышестоящими структурами я не смог довести некоторые вопросы до победы. Это касается арбитражных судов, хотя не во всем моя вина; на мой взгляд, решения принимались не совсем верные и в пользу района.
На этом фоне поддержка коллег, их мудрость и опыт помогли, когда мы делали передышку и вновь, выждав удобный момент, начинали все сначала и доводили до конца.
Я помню свои промахи; осознание того, что не довел, не сумел, всегда со мной. Но это по большому счету нужно всем, чтобы не делать ошибок впредь.
— Совет всем молодым людям в начале пути.
— Тема очень живая. Мы все, наверное, мечтали свернуть горы. А горы стоят. Мне повезло: я попал к довольно-таки молодым наставникам, и они мне объяснили, что шагать надо уверенно, но не очень широко и далеко, тогда будет результат. И все же самый правильный учитель – это ты сам. Мне позволили делать ошибки, набивать шишки, а потом исправлять и идти вперед. И всем молодым надо использовать свой потенциал, который заложили в школе и приобрели потом, слушать наставников, но делать свои ошибки и наживать свой опыт.
Сейчас все это происходит быстрее, молодые более эффективно, более быстро реагируют на изменения, у них другое видение. Потому и обновляем свои кадры. А молодежь у нас в районе продвинутая и активная и может сделать многое на предприятии и в муниципальной службе.
— Какое Ваше самое яркое воспоминание из детства и связанная с ним любимая игра или игрушка?
— Моя семья представляет собой крепкую железнодорожную династию, которая насчитывает около 300 лет – это серьезный показатель. А в детстве у меня была замечательная игрушка – железная дорога. Это самое яркое впечатление, я ее любил, и потом она мне долго снилась. Чтобы никуда не уехал мой состав, когда я утром проснусь, я на ночь снимал батарейки, а паровозик и вагончики клал с собой в постель. У меня растут две дочери, и я сейчас уже как любящий отец покупаю радиоуправляемые паровозики, машинки, чтобы все играло, ездило. Видимо, это отголосок детства: не наигрался.
— Новая должность наверняка сказалась и на семье, что изменилось в связи с этим?
— Изменилось многое, особенно напряженным было первое время. И в этом во многом моя вина. Есть правило: оставлять работу за порогом дома, не приносить в семью. Но из-за бешеного темпа и навалившихся проблем я не успевал отключаться. Понятно, что большой радости это не приносило. В той гонке даже упустил момент и не успел заметить, как старшая дочь окончила школу, а младшая стала ученицей. Но если в семье сохраняется понимание и поддержка, то получится все. Я благодарен жене Татьяне и детям, что меня терпят, слышат, понимают. Это позволяет не оглядываться назад, а идти только вперед.
— Вы байкальчанин. Могли поменять место жительства, но не захотели, почему?
— Мне предлагали переехать в Слюдянку для удобства. Но ближе и роднее Байкальска у меня нет ничего: здесь вся семья, все близкие. Можно уехать, но потеряешь самое дорогое. На это не пойду никогда. Поначалу отношение ко мне было настороженное, и три первых года очень чувствовалось противостояние Слюдянка–Байкальск, но не может так быть, что один из них лучше другого. Мы единое целое, и я очень рад, что это противостояние ушло, и мы все – жители Слюдянского района. И вообще негатива в этом направлении стало меньше, я это заметил, когда во второй раз шел на выборы. Это была самая большая награда для меня.
— Каким Вы видите будущее района в самых смелых мечтах?
— Мне удалось за этот период посетить все муниципальные образования области. И все, кто имеет такую возможность, подтвердят, что территория нашего района самая интересная и перспективная. Нам удалось сохранить целостность понимания развития территории, поэтапные шаги. И со стороны заметны кардинальные изменения – как внешние, так и отношения между людьми, нет зажатости, озлоб­ленности. Я уверен: туризм и агропарки – это наша основа, на которой мы можем развиваться. И нам уже не надо просить помощи, нам никто в ней не отказывает. Надо лишь снять барьеры экологической зоны, которые воздвигло злополучное постановление. У нас все готово для развития, а техническую часть приведем в порядок.
— Ваш любимый час в сутках, любимое время года.
— На предприятии мне нравился промежуток с 12 до 13, и не потому, что это обеденный перерыв. Полдня мы проводим внутри помещения, где шум, жара или холод. А в этот час ты выходишь на улицу, чувствуешь свежий воздух, видишь красоту природы и понимаешь, что по большому счету ты самостоятельная личность и не принадлежишь ни производству, ни кому другому. Сейчас, когда обеденный перерыв стал для меня понятием относительным, я больше люблю предвечернее время – когда уже начинаются сумерки, вечер только подступает. Я в Байкальске, выхожу из машины и – все, можно выдохнуть, я – дома!
Люблю нашу зиму, ведь такой, как у нас, нет нигде. Наша зима красивая, комфортная, ласкающая, бодрящая.
— Если бы выпала возможность, с кем из деятелей истории или культуры Вы хотели бы поговорить?
— Часто выпадает возможность общаться с интересными людьми. Это позволяет иначе посмотреть на привычные вещи, меняется отношение к происходящему. Порой даже невольно перенимаешь интонацию, присловья. Если конкретно, то хотелось бы пообщаться с Жириновским. Его высказывания и логические связки свидетельствуют, что он живет на высоком эмоциональном уровне. Хотелось бы понять ход его мыслей и даже получить какой-то эмоциональный заряд.
— На какой вопрос хотели бы ответить, но он не задан Вам?
— Наверное, это вопрос, счастлив ли я. Да, я счастливый человек. Все же есть кто-то, кто приглядывает сверху. Я менял несколько коллективов, и всегда мне везло: я попадал к неравнодушным людям. Почему я о работе – потому что ей посвящена треть нашей сознательной жизни (если не больше). И здесь, в администрации, мне тоже повезло. Поначалу было трудновато, ведь надо было привыкнуть друг к другу, преодолеть непонимание – это удалось за короткое время. Я рад, что и в переходный период не остался один на один с трудностями.
Мне делали предложения о переходе в область. На сегодня я не хочу перестановки и разрушения того, что выстроено между муниципалитетом и людьми. На этом этапе я принял решение остаться здесь и довести до логического завершения то, что начато.

Людмила ГЛАДЫШЕВА





Комментарии закрыты.