День-праздник

Все институтские друзья живут в областном центре, и всем уже далеко за… Вдруг звонит самый близкий друг Геннадий: «Василий, давай с пацанами у меня соберёмся да воспоминаниями хоть на один вечер сбросим с возраста лет по 20».
Говорю, что приеду, если будет Жорка, чтобы анекдоты его послушать. Гена толкует, что наш Жорка поддаёт, у него и здоровьишко не то, и жён всех растерял. Мол, где тот сейчас живёт, он не знает, но ради меня постарается найти. В молодости Жорка был душой нашей компании. Заводила. Здоровенный парень. Спортсмен. Красавец. Все девчонки на него заглядывались. А память! На экзамен шёл, прочитав один раз конспект. На спор назови любое слово, он на это слово анекдот расскажет. Однажды даже на слово «экскаватор» и то рассказал. Приезжаю. Встретились. Смотрю на друзей-однокурсников и лишний раз убеждаюсь в непреложной истине: все постарели, один я «не изменился». Но хуже всех стал выглядеть Жорка. По виду вроде чем-то напуган. Сгорбился. В голосе появилась какая-то надтреснутость. Короче говоря, сдал, и порядочно. Глядя на него, подумал: «Никому ещё водка добра не принесла».
Посидели славно. Воспоминаниями сбросили возраст до молодых лет, припомнили веселые случаи из молодости и вдоволь посмеялись над ними.
Начинаю тормошить Жорку, чтобы он анекдоты рассказал. Жорка начал рассказывать, дошёл до середины, остановился и задумался…
Один из друзей, Алёша, не выдержал и сгладил обстановку: «Ну, в общем, дальше смешно». Порывался Жорка ещё начать рассказывать, но останавливался, видимо, тоже концовку не мог вспомнить.
На очередное предложение Гены пропустить ещё по рюмочке говорю: «Ты нас не накачивай, а то утром не вспомним, о чём говорили». И далее, вроде бы не зная, что Жорка закладывает, но именно для него, рассказываю, как во времена борьбы с алкоголизмом показывали здоровенного мужика по телевизору.
Врач-нарколог спрашивает его: «Вы здоровы»?
Он повёл широкими плечами: «Обижаете, конечно, здоров».
Врач: «Вы пьёте»?
Он оживленно: «Да пью»!
Врач снова спрашивает: «А как ваша фамилия»?
Мужик думал, думал и со вздохом выдаёт: «Не помню».
И затем продолжаю: «В наши годы надо молодых от выпивки воздерживать, а мы иногда и сами от них не отстаём».
После этого Жорка замкнулся, задумался и не притронулся ни к рюмке, ни к закуске, а мы и не настаивали. Мне показалось, что он оскорбился. Я даже пожалел, что своим рассказом обидел его. Ехал домой в поезде и думал: «Не прав ты, дружок Алёша, дальше не смешно, а очень и очень грустно, ведь человека и друга теряем». Водка, помимо того что жизнь Жорке переломала, ещё и памятёшку у него отняла. Так что задумайтесь те, кому память дорога, да и остановитесь. А студентам, учащимся, шахматистам и работникам умственного труда спиртное вообще противопоказано.
Примерно через три месяца снова позвонил Геннадий и порадовал: «Ты знаешь, Жорка завязал! Ко второй жене вернулся. На работу устроился. Сегодня приходил ко мне посвежевший и сказал, что прав Василий: мне осталось только ещё свою фамилию забыть и каюк. Надломил ты его. Умеешь же ты надламывать».
У каждого человека случаются в жизни свои личные дни-праздники. У одного долгожданный сын родился, второй квартиру получил. Ребёнку подарили игрушку – тоже день-праздник. У меня после такого приятного сообщения Гены наступил свой день-праздник за Жорку. Весь день за него веселился. Домашние даже замечание сделали.
Нынешним летом решил продолжить этот праздник и пригласил Жорку к нам в Байкальск. Переговорили с ним на все темы. Объехали и обошли наши окрестности. Побывал он и на ночной рыбалке и «повыщёлкивал» омулей из сетей. Часто думаю: какая нашим людям Швейцария, когда своя родина лучше. Приезжайте к нам на Тёплые озёра, попейте ключевой чистейшей воды из наших речек, ручьёв и из Байкала. Походите по нашим тропам. Поднимитесь на пик И. Черского. Покатайтесь зимой на лыжах с нашей горы Соболиной.
У нас свой микроклимат. Байкал сделал лето нежарким, а зиму – тёплой и снежной. После этого и в Куршавель не захотите. Не зря В.В. Путин зимний отпуск провёл на нашей горнолыжке. Не пойму, зачем люди рвутся за границу, когда своей Родины толком не видели.
В предпоследний день перед его отъездом поднялись мы с Жоркой на кресельных подъёмниках на Соболиную гору, и нам открылся такой вид на окаймлённый зелёными лесами и уходящий за горизонт Байкал, что дух захватило. Он замер от увиденного. Какие воспоминания на него нахлынули, не знаю, но после долгого молчания он вдруг расчувствовался и говорит: «Сколько лет из-за пьянства из жизни выкинул, жил как в тумане, иногда даже кичился этим, глупец». И у него на глаза навернулись слёзы. Не зря говорят, что Байкал производит на человека магическое действие. Я же в душе был на своём дне-празднике за него.
Через пару часов на предложение спуститься вниз он сказал, что хочет побыть здесь ещё. Понимая, что иногда надо человеку побыть наедине с собой, я посчитал себя вторым лишним и говорю: «Тогда я поехал, а ты добирайся на маршрутке».
Появился он затемно. Мы за него уже беспокоиться начали. А он сказал, что пешком спустился с горы и пешком до нас добрался.
Говорю: «Ну, Георгий, ты не изменил своей студенческой привычке. Никогда не ждал с нами автобус. Всегда пешком или бегом. Мы же на морозе ждали до посинения. Приедем, а ты уже в общежитии».
Жорка довольно: «А я и сейчас на работу только на своих двоих хожу».
При отъезде, перед посадкой в вагон, на моё предложение Жорка пообещал отпуск проводить только в Байкальске. Теперь жду новых праздников от общения с ним, ведь десяток анекдотов он мне всё же рассказал. Хочу услышать и другие. Ведь рассказчик он что надо.

Экс-гл. архитектор БЦБК 
В.В. Афанасьев
 

Комментарии закрыты.