УВИДЕТЬ ТАЙГУ И УМЕРЕТЬ!

• К 370-летию Култука


УВИДЕТЬ ТАЙГУ И УМЕРЕТЬ!

В начале 70-х годов мне довелось познакомиться в Иркутске с молодым человеком Владимиром Красовским, оказавшимся земляком, но… по названию. Он показал мне запись в паспорте, где местом рождения значился: Култук Слюдянского района – но, по его собственному признанию, в старинном посёлке никогда не был. А появился на свет в поезде, проходящем по изгибам култукского Транссиба, отсюда и запись в главном гражданском документе. Разумеется, Владимиру Георгиевичу захотелось взглянуть на свою малую родину, и он уговорил меня взять его с собой хотя бы на денёк. Мы прошлись по многим достопримечательностям Култука, в том числе побывали в музее Байкальского зверопромхоза – кооперативной промысловой организации. Надо сказать, что экспонаты музейного хранилища лесного хозяйства являли собой уникальные экземпляры, например чучело белой кабарги. Это редчайшее явление природы, занесённое в Красную книгу, и, действительно, кабарга-альбинос производила очень сильное впечатление. А для истории я зафиксировал Владимира с животным, которое тоже водится в наших местах в штучных экземплярах, и, кажется, это рысь. Хотя могу ошибиться, так пусть меня поправят биологи-охотоведы, которых немало в Южном Прибайкалье.
А может, и охотники, каковым работал в зверопромхозе Владимир Ефимович Солошенко, хороший парень, штатный промысловик, «фартовый», как молвили про него заготовители даров природы. А ведь не сразу он нашёл своё призвание, поначалу осматривал подвижной состав в вагонном депо. Промыслом увлекался любительски, но всякий раз возвращался из тайги с богатой добычей, что и подтолкнуло его на тропу профессионального охотника. Как-то в разговоре Владимир Ефимович признался, что в то время зверопромхоз снабжал заготовителей всем необходимым по потребности: спецодежда, оружие, патроны, лицензии. Без последнего документа охотник, например, считался браконьером, хотя любое истребление беззащитных животных в наше время отнюдь не насущная необходимость. Вот ровно 30 лет назад, в марте 1987 года, в газете «Ленинское знамя» сообщалось, что Байкальский зверопромхоз в прошедший зимний сезон заготовил пушнины на 39 тысяч 875 рублей при плане 15000. Как расценивать такое достижение: трудовой успех или браконьерство?
Однако тогда добыча велась всё же под наблюдением учёных-биологов, а ныне тайга беззащитна, её заселили приезжие охотники, хозяйничающие там без всякого контроля. Наверное, в объявленный Год экологии самый лучший способ отметить вниманием прибайкальскую природу – это запретить здесь охоту раз и навсегда для всех категорий посетителей леса. Но вернёмся к промысловикам зверопромхоза, чей труд был нелёгок и сопряжён с большими опасностями. Не зря же знаток природы и писатель Семён Климович Устинов пользуется не термином «охота», а выражением «добыть зверя». Зимой вдали от человеческого жилья охотники проходят десятки километров по тайге, выслеживая добычу, что иногда заканчивается трагическими событиями. Вот и Володя Солошенко, находясь на таёжной промысле и будучи уже пенсионером, почувствовал боли в сердце, присел на лесной полянке, да так больше никогда и не поднялся… Но жизнь продолжается, и для многих охотников не столь важен порой результат, как общение с живой природой, с неповторимыми красотами Прибайкалья. А пожить хотя бы с недельку в охотничьей избушке на берегу говорливого ручья – всё равно, что увидеть Париж и умереть!

 

РЕКВИЕМ

Я уйду средь таёжных просторов,
Под норд-вестовый ветер култук.
Молотком погребальных повторов
Дятел щёлкнет по кедру: тук-тук.

На багровой брусничной поляне
Отлежу я положенный срок.
Алым миром, что капелькой в ране,
Лоб пометит мне ягодный сок.

Бурундук с любопытством соседа
Посвистит меж еловых прорех
И займётся привычным обедом,
Из поняги забрав мой орех…

 

ЗАБЫТОЕ НАСЛЕДИЕ

В апреле 1996 года на имя руководства Слюдянского района и посёлка Култука пришло коллективное обращение от учёного состава Иркутского государственного университета. Биолого-почвенный и геологический факультеты, НИИ биологии, лаборатория археологии и палеонтологии предложили провести в Южном Прибайкалье ряд мероприятий, посвящённых 350-летию старинного посёлка. И это обращение не осталось пустым звуком: проведена научно-практическая конференция, изданы сообщения популярно-исторического характера, выделено дополнительное финансирование юбилейных торжеств. В этой работе деятельное участие принял почти култучанин, кандидат биологических наук, доцент ИГУ Юрий Анатольевич Дурнев. Особенно запомнился научно-практический форум, проведённый под его председательством 3 октября 1997 года, где разгорелись жаркие прения по истории освоения Южной Сибири.
Вряд ли подобное возможно в нынешнее время, но что-то осуществить вполне реально, хотя бы провести в масштабе района юбилейное собеседование. В нём могут принять участие култучане – члены Русского географического общества, учителя истории, учащиеся школ и просто все заинтересованные жители. Наверняка помощь окажет учёный мир областного центра, необходимо содействие властей всех уровней, включая депутатский корпус района и Култукского поселения. Вообще, касаясь предложенной темы, надо вспомнить, что в советское время в Южном Прибайкалье постоянно имели место разного рода собрания по проблемам района. Проводились научные коллоквиумы, устраивались круглые столы, пресс-конференции, слёты и много чего другого. Ныне, в год 100-летия Октябрьской революции, желательно использовать накопленный опыт, ведь у нас немало краеведов, кто с искренней заинтересованностью занимается историей родного прибайкальского мира. Первым шагом после долгого забвения общественной активности может стать знаменательное празднование 370-летнего юбилея старинного посёлка Култука.

 

ТАЙНА МОРСКИХ ВОД

Не утихают споры о том, где же появился Култукский острог: на берегу реки Похабихи или на взморье старинного посёлка? Вот что писал по этому поводу в своё время учёный Ю.А. Дурнев: «Как известно, осенью 1647 года, возвращаясь с восточного побережья, группа казаков, возглавляемая Иваном Похабовым, основала на южной оконечности озера «Култушное зимовьё». Да, собственно, челобитную казачьего атамана по этому поводу царю Алексею Михайловичу каждый култучанин знает наизусть. Следующее упоминание Култукского острога в летописи (хотя, возможно, есть и более ранние) относится к 1697 году, то есть спустя 50 лет, где говорится о перенесении сюда казачьего правления из Тунки. Ну, а далее Култук уже прочно занимает своё место в исторических хрониках Восточной Сибири вплоть до сегодняшнего дня. Никаких документов, подтверждающих первое поселение русских на Байкале на месте нынешней Слюдянки, не сохранилось, кроме устной ссылки на речку, носящую название Похабиха. Впрочем, вот вам и тема для проведения конференции, посвящённой истории возникновения Култука на берегу священного озера. Эту тайну хранит старик Байкал, и вообще за 25 миллионов лет своей жизни он мог бы поведать немало удивительных историй. Но «нелюдимо наше море, день и ночь шумит оно; в роковом его просторе много бед погребено» (Н.М. Языков).
Материалы полосы подготовил

Виктор ЕРМОЛАЕВ.

На снимках: охотник В.Е. Солошенко: в музее зверопромхоза; охотничья избушка; красоты горной тайги.
Фото из архива автора.

 

 

 

Комментарии закрыты.