Ты же выжил, солдат!

Мой отец Николай Николаевич Хмелев был призван в ряды Красной армии в 1939 году, так что с войной ему пришлось столкнуться с самого начала. Он никогда не любил рассказывать о своём военном прошлом, из его кратких повествований трудно было сложить картину о том, как прошли его военные годы. Чаще всего он рассказывал о своём друге, который погиб в сентябре 1942 в боях за освобождение Сталинграда, прикрыв моего отца собой. Я запомнила, что звали его Алёша и родом он был из Воронежа. Тогда мой отец был тяжело ранен в голову, а моя бабушка 14 сентября 1942 года получила первую похоронку. Всего их было две. Вторую она получила из Белоруссии при освобождении города Ориса в июле 1944. Но отец опять остался жив, хоть и получил тяжёлое ранение в ногу, пролежал 9 месяцев в гипсе, после чего был комиссован. Спустя почти тридцать лет он услышал от моей подруги, которая работала проводником на туристическом поезде по городам-героям, что в Волгограде на Мамаевом кургане видела табличку с данными моего отца среди списка погибших в сражении за Сталинград.
В январе 1973 г., когда мой муж получил очередной отпуск, папа решил свозить его на Урал и познакомить с нашими родственниками. Помню, как муж удивлялся, почему билеты взяли не прямого сообщения, а через Москву. Прибыв в столицу, отец предложил хоть на денёк съездить в Волгоград. Так они оказались в городе боевой славы и на туристическом автобусе отправились на Мамаев курган. Муж удивился, когда увидел, как по ледяной лестнице на костылях отец с рюкзаком за плечами, словно на крыльях, без единой остановки поднялся к мемориалу. Возле входа они купили цветы. На контрольно-пропускном пункте женщина в звании майора, проверив документы и, видимо, сверив со списком погибших, пропустила отца бесплатно. Когда они с мужем вошли в тоннель, зазвучала песня «Ты же выжил, солдат!» Пройдя тоннель, они оказались в куполообразном зале, где в центре горел Вечный огонь, а по основанию купола шли таблички с именами тех, кто погиб при освобождении Сталинграда.
Отец быстро нашёл табличку со своим именем. К нему подошёл смотритель и сказал, что, если отец остался в живых, табличку с записью о смерти можно снять. Отец ответил: «Пусть всё остаётся на своих местах, ведь память удалить невозможно». Постоял ещё немного, улыбнулся и отправился искать важную для него табличку. Когда среди множества табличек он отыскал имя друга, то положил рядом цветы, сел, опустив костыли на землю, и заплакал. Мимо проходила туристическая делегация немецкой молодёжи. Они остановились и на своём языке, через переводчика, попросили прощения за своих предков, причинивших столько зла нашему народу.
Через два часа поезд унёс моих отца и мужа на Урал. Отец попросил никому не рассказывать об этой поездке. Обо всём случившемся я узнала только после его смерти, и мне захотелось поделиться этим эпизодом из его жизни. Хоть он и не содержит рассказов о его боевой славе, но до глубины души растрогал меня.

Ирина НЕПОМНЯЩИХ

 

 

Метки:

Комментарии закрыты.